В 2017 году завершается срок действия Национальной стратегии в интересах детей – но зато начинает действовать Национальная стратегия в интересах женщин. Немалая часть документа посвящена поддержке женщин-госслужащих. Но стоит ли поддерживать только один пол изолированно от другого? Ведь женщины – это не дети, а полноправные взрослые. Такие же, как и мужчины.

Согласно ст. 7 Конституции РФ, с 1993 года Россия является не социалистическим, но социальным государством. В той же статье говорится, что под «социальным» понимается такое государство, «политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека».

Но на практике слово «социальный» обрело в современном русском языке несколько иной оттенок. «Социалкой» называют сферу поддержки неблагополучных, слабых, обделенных граждан. Сильный, молодой, здоровый человек из сферы действия «социалки» выпадает. На выходе получается, что роль государства в исполнении ст. 7 Конституции сводится к пенсиям, квотам, льготам и пособиям.

Принятая в 2012 году Национальная стратегия действий в интересах детей – безусловно, социальный документ. Дети – слабые и неразумные создания, они недееспособны и нуждаются в защите. Впрочем, в 2017 году плановый срок действия стратегии завершился.

Зато в феврале 2017 года была утверждена Национальная стратегия действий в интересах граждан старшего поколения. Это тоже вполне социальный документ – пожилые люди слабы и нуждаются в особой защите. Впрочем, в СМИ и на интернет-площадках стратегия практически не обсуждалась. Вероятно, потому, что сами пенсионеры редко пользуются интернетом, а молодым людям их проблемы не особенно интересны.

А вот Национальная стратегия действий в интересах женщин, принятая 8 марта 2017 года, привлекла гораздо больше внимания. Наверное, потому, что женщины составляют более половины населения страны (78,6 млн из 146,5 млн). А также потому, что гендерный вопрос обсуждается в России много и охотно. Великое противостояние мужчин и женщин можно заметить везде – в анекдотах, в историях из жизни, в философских трактатах… Причем в большинстве случаев – это именно противостояние и конфликт. Мало кому интересна история о любви и взаимопонимании, а вот бродячие сюжеты «муж нашел любовницу» или «должен ли мужчина платить за даму в ресторане» немедленно находят отклик в сердцах всех граждан, от московского хипстера до провинциальной медсестры.

Надо сказать, что сам документ составлен так, чтобы угодить всем – и тем, кто склоняется к традиционному пониманию гендерных ролей, и тем, кто настаивает на «равенстве и братстве». В стратегии много говорится об обеих сторонах женского быта – как о семье и детях, так и о карьере и самореализации. Затронуты и вопросы репродуктивного здоровья (что должно понравиться традиционалисткам), и семейного насилия («горячая тема» для феминисток).

Однако большинство комментаторов поняли стратегию однобоко. Кто-то озаглавил материал о стратегии «Абортов меньше, родов больше», а кто-то – возмутился, что женщин якобы решили оторвать от семьи и повыгонять на работу. Кто-то ничтоже сумняшеся назвал стратегию «ударом по традиционным ценностям». В общем, вместо стройной многогранности получилась хаотичная фрагментарность, в которой каждый видит то, что хочет (а чаще – то, чего боится).

При этом в стратегии приводится любопытная статистика – оказывается, 72% государственных и муниципальных служащих – это именно женщины. Причем 25% из них занимают руководящие должности – то есть почти треть чиновниц является начальницами.

Однако ситуация перестает быть радужной там, где начинается действительно большая политика. Самые высокие, знаковые государственные посты занимают все же в основном мужчины. В Госдуме женщин насчитывается 15,6%, в Совете Федерации – 17%. Еще одна важная роль – это быть дипломатом, представлять всю Россию за рубежом. Среди дипломатов женщин насчитывается лишь 16%.

Напрашивается вывод, что большое число чиновниц – не столько свидетельство успешной борьбы за права женщин, сколько важная характеристика российского государственного аппарата. Замещая государственные и муниципальные должности, женщины, как правило, не отказываются от «традиционной» модели поведения – это усидчивость, трудолюбие, лояльность руководству, готовность довольствоваться небольшой зарплатой. Женщины, добившиеся успеха в публичной политике, часто высказываются как «хранительницы семейного очага и традиционных ценностей» – а вот идейных феминисток среди них не наблюдается.

Это напоминает ситуацию в школах, откуда в течение XX века были планомерно выдавлены учителя-мужчины. Коллектив учителей почти в любой школе стал преимущественно женским, да и отличниц среди девочек теперь гораздо больше, чем среди мальчиков. Но если в дореволюционных мужских гимназиях бурлили идеи и страсти, то современная школа по своей атмосфере и направленности напоминает скорее дореволюционный институт благородных девиц.

Безусловно, пассивный и послушный государственный аппарат удобен для высших руководителей. И можно даже подумать, что именно поэтому в Национальной стратегии в интересах женщин говорится о необходимости еще активнее привлекать женщин к управлению страной, продвигать их на еще более высокие должности.

Впрочем, не будем увлекаться конспирологией. В той же стратегии совершенно честно прописано, что российскому обществу необходимо отходить от представления о женщине в первую очередь как о матери и домохозяйке. И даже указано верное направление решения проблемы – не запрещать женщинам заниматься детьми и домом, а напомнить мужчинам о том, что они в равной мере должны уделять внимание этим сферам.

Сложность лишь в исполнении этой задачи. Легко прислать в район негласную разнарядку, согласно которой не менее десяти женщин за год должны быть назначены руководителями. Но невозможно проследить за тем, чтобы хотя бы некоторые из этих женщин видели себя не «учительницами, покорными директору», а полноправными, инициативными и ответственными «вершительницами судеб».

Но все-таки такие чиновницы и депутаты существуют, и, по крайней мере, теперь они могут сослаться на соответствующие пункты стратегии, когда кто-нибудь потихоньку намекнет им, что они ведут себя «не по-женски».

Напоследок стоит отметить, что сама по себе необходимость утверждения «женской» стратегии выдает нездоровую обстановку в обществе. Женщин приходится приравнивать к детям и пенсионерам – государство дает понять, что они все еще нуждаются в особой опеке и защите. Любопытную позицию высказала в письме премьер-министру Дмитрию Медведеву многодетная мать Надежда Горбач. Она заявила: «Очень хочу попросить перестать отстаивать мои права, как женщины. Как у женщины, у меня все хорошо. Я работаю, имею высшее образование (и не одно), занимаюсь спортом, наукой, у меня есть хобби, семья, дети». По мнению Горбач, в защите сейчас нуждаются мужчины.

Несмотря на то, что в некоторых моментах позиция Горбач довольно одиозна (так, она выступает резко против публичного обсуждения сексуальной сферы), но в целом ее слова заслуживают внимания. Все-таки женщины и мужчины – это не рабы и не рабовладельцы, не одинаковые бритые налысо «нумера» антиутопичного государства, а также не смертельные враги. Женщины и мужчины очень во многом объективно различаются, но при этом обладают равными правами и обязанностями. Обсуждать права и обязанности одной стороны невозможно в отрыве от другой. Если уж решено принять особый документ о положении одного пола – неплохо было бы обсудить и положение другого пола.

У мужчин тоже немало проблем – навскидку можно назвать раннюю смертность; высокую частоту гибели от несчастных случаев в юношеском возрасте; депрессии, связанные с социальным статусом ниже желаемого; отсутствие пропаганды и поддержки отцовства; серьезное давление со стороны общества («ты же мужчина!»)… Все эти проблемы напрямую взаимосвязаны с женскими – пожилые женщины рано становятся вдовами; матери теряют (и почти поголовно – боятся потерять) молодых сыновей; девочки остаются без отцов; жены терпят неадекватное поведение депрессивных мужей, запутавшихся в том, что мужчина «должен» или «не должен». Поэтому и решать эти проблемы надо комплексно.

Грамотно составленная Национальная стратегия решения гендерных противоречий выглядела бы далеко не так куце и фрагментарно, как «женская» стратегия. И позволила бы России стать социальным государством не в плане «поддержки обделенных», а в плане обеспечения достойного уровня жизни всех граждан.

Если вам понравилась статья - порекомендуйте ее своим друзьям, знакомым или коллегам, имеющим отношение к муниципальной или государственной службе. Нам кажется, что им это будет и полезно, и приятно.
При перепечатке материалов обязательна ссылка на первоисточник.