Четверть века постсоветской истории – очень мало для формирования институтов гражданского общества. И не надо удивляться, что обращающиеся в этой сфере названия полны варваризмов. НКО – это ж калька с non-commercial organizations. Ну а фандрайзинг вообще просто переписан кириллическими буквами… Но зачем привлекать иностранные слова там, где есть свои слова, русские, при употреблении которых суть работы благотворительных организаций сразу становится ясной? Давайте же посмотрим на один интереснейший пример вековой давности.

Действующее ныне в отечественном праве определение «некоммерческая организация» – по сути, определение апофатическое, говорящее о том, чем организация не является. И для ряда целей – правового статуса, определяющего отношение с налоговыми органами – оно вполне пригодно. Но вот о том, зачем эта организация нужна, чем она полезна обществу, такое определение не говорит ничего.

А говорил же капитан Врунгель: «как яхту назовете, так она и поплывет». Поэтому в Российской империи было принято говорить о благотворительных организациях.

Тут как раз описание идет по целевой функции – творению добра! Но вот что такое добро – ученые-моралисты исписали об этом целые тома, но к единому выходу так и не пришли… Поэтому если мы возьмем с полки том Брокгауза позапрошлого века, то увидим, что статья «Благотворительные заведения и учреждения» сводится к ссылке на статью «Призрение бедных». Абсолютно конкретная проблема нищеты в условиях отсутствия государственного социального страхования требовала внимания благотворителей. Благотворители шли за проблемой, отвечали на её вызов.

Посмотрим, как это происходило. Август 1914 года. Российская империя вступает в Первую мировую войну, к которой преимущественно аграрная страна с зарождающейся промышленностью была абсолютно не готова. И неготовность эту достаточно быстро осознает и тогдашнее гражданское общество.

19 октября 1914 года было созвано организационное собрание Тульского дамского комитета Всероссийского союза городов, решившего на свои средства оказать помощь бойцам действующей армии.

Сначала предполагалось шить белье, но потом выявилась новая, крайне острая проблема – Первая мирная конференция, созванная в 1899 году в Гааге по инициативе императора Николая II, приняла декларацию о запрете применения удушающих газов. Запрете теоретическом… Ну а на практике эта декларация привела только к тому, что когда по инициативе будущего Нобелевского лауреата Фрица Габера кайзеровские войска стали душить своих противников хлором, у стран Антанты не было никаких средств защиты…

У истории неплохо с чувством юмора – германский ученый-патриот Фриц Габер, введший в практику войны удушающие газы, при Гитлере был вынужден бежать из страны как «расово неполноценный». Занимавшийся помощью изгнанным Резерфорд руки ему не подал…

Впервые хлор применили 22 апреля 1915 года в Бельгии, на Ипре, и весьма успешно. Выпущенные за пяток минут 180 тонн хлора отравили 15 тысяч человек, 5 тысяч насмерть, а еще более 5 тысяч человек стали инвалидами… Французы бежали от белесовато-зеленых облаков. Немцам это очень понравилось… 31 мая 1915 года под Болимовым, западнее Варшавы, против русских войск было выпущено 264 тонны смеси хлора и фосгена. 9 038 человек были отравлены, 1083 погибли… Однако прорыв у Болимова немцам не удался – 25-й резервный корпус 9-й германской армии был остановлен частями 14-й сибирской стрелковой дивизии и 55-й пехотной дивизии 2-й русской армии, не имевшими никаких средств защиты.

Военная цензура в Первой мировой была понятием весьма относительным, и о произошедшем мгновенно узнало все российское общество. Были предложены простейшие средства химзащиты – марлевые повязки со сменным ватным компрессом, который надлежало пропитывать гипосульфитом – закрепитель, если кто помнит пленочную фотографию – из двух прилагающихся пузырьков. И обеспечить этими повязками надлежало всю действующую армию, причем в кратчайшие сроки. Вроде бы не сложно, но машина государственных подрядов работает медленно…

На пошив таких противогазов и собирал деньги Тульский дамский комитет Всероссийского союза городов…

Так что за пошив «противогазов» взялись и тульские дамы-благотворительницы. А откуда взялись средства от этого? Их расклад – содержащийся в протоколе Годичного собрания Тульского дамского комитета Всероссийского союза городов от 10 октября 1915 года, (ГАТО. Ф.174. Оп.3. Д.520. Л.9-10) – очень интересен и в высшей степени поучителен. Давайте же перечислим их и попробуем соотнести с реальностями современной жизни.

За год деятельности на благотворительные цели дамы собрали 16 157 руб. 67 коп. (не правда ли, «собрали на благотворительные цели» звучит куда понятнее и приятнее уху, чем фандрайзинг?). Первой статьей прихода были членские взносы – 1358 руб. 80 коп. То есть занимающийся благотворительностью, которая тогда была делом имущих слоев общества, сам подавал пример готовности собственными деньгами поддержать решение общественных нужд. Тест очень простой, но очень действенный – смотришь на опять выползших на улицы мальчонок-девиц, которые явно никогда не видели денег больше, чем нужно на кусок пиццы и бутылку пива, и не испытываешь никаких сомнений в том, куда пойдут сборы из пластиковой коробочки с трогательным портретиком больного ребенка…

Следующая статья прихода была самой солидной – она принесла 10 007 руб. 73 коп. Статья эта называлась «От увеселений, сборов, концертов и лекций». О чем она нам говорит? Ну, прежде всего, что не только благотворительность «Армии Спасения», но и благотворительность отечественная отнюдь не была скучной. Она еще век назад использовала в своих целях то, что нынче принято называть шоу-бизнесом.

Ну а то, что в Туле благотворительными были концерты фортепьянной музыки и любительские постановки пьесы «Плоды Просвещения» местного помещика графа Толстого, отнесем на разницу в воспитании между «судейскими дамами», принимавшими активное участие в работе Тульского дамского комитета, и выросшего в бедноте Бута, который счастлив был посмотреть на духовой оркестр…

Благотворительные концерты шли и в актовом зале Первой женской гимназии…

Но, как видим, и эти концерты были вполне прибыльными, приносили вполне ощутимые деньги. Социально-ориентированное предпринимательство – вот оно, самое живое и плодотворное! Причем еще на заре индустриального века наиболее прибыльным был вполне постиндустриальный шоу бизнес! Еще один вид социально-ориентированного предпринимательства, вышивка кисетов патриотическими лозунгами, приносил на пару порядков меньше денег…

Следующим по размеру, вслед за организацией концертов, источником были «Пожертвования от гг. членов и разных лиц». Они принесли 1389 руб. 40 коп. Что это за пожертвования? Это – пожертвования именные. Приходят дамы-благотворительницы к известному им человеку, рассказывают о проблеме, о решающем ее комитете – и получают от него пожертвование. От известного человека, из его личных средств, на известные цели, реализуемые лично ему известными дамами.

Дальше шел «кружечный сбор». Что это такое? А вот на организованных Дамским комитетом мероприятиях, равно как и просто в людных местах, вешаются кружки для пожертвований. Анонимных. И человека, делающего взнос, дамы не знают, и он их лично не знает, хоть и полагает, что дело хорошее… Так что взносы тут мелкие, монетками – и принес всего этот источник 295 руб. 74 коп., и это включая продажу кисетов…

Еще 100 рублей пожертвовал «Торговый дом „Наследники Золотарёва“». А вот следующие статьи весьма интересны. Это по тысяче рублей от трех организаций: Тульского оружейного завода, страхового общества и Союза городов. ТОЗ – императорский оружейный завод, деньги косвенно заложены в цену винтовок и пулеметов. Страховое общество исполняло роль нынешних государственных фондов, вроде Пенсионного. Ну а Союз городов – объединение предпринимателей, исполнявших казенные оборонные заказы. То есть, по сути дела, Дамский комитет получил государственную поддержку, сейчас ее назвали бы грантами.

Дамы-благотворительницы со своей задачей справились, и весьма оперативно. Во время следующей химической атаки в ночь с 6-го на 7 июля 1915 года у Воли Шидловской русские войска были уже обеспечены средствами химзащиты, среди которых были и пошитые дамским комитетом противогазы. Примитивные – гипосульфит высыхал уже через четверть часа – но уж таков был уровень доступных технологий. Но хоть какими! Да, спасти втянутую в безнадежную войну Российскую империю инициатива дам не могла. Но конкретные задачи они решали вполне успешно – попутно рассказывая об этом своим потомкам простым и понятным языком…

Если вам понравилась статья - порекомендуйте ее своим друзьям, знакомым или коллегам, имеющим отношение к муниципальной или государственной службе. Нам кажется, что им это будет и полезно, и приятно.
При перепечатке материалов обязательна ссылка на первоисточник.