Для России одна из главных проблем – низкая плотность населения. И – малое количество молодежи. Поэтому-то и реализуются различные программы поддержки рождаемости вроде «материнского капитала». Но в любом учебнике демографии описано, что проблемы с естественным приростом населения бывают там, где возраст первых родов высок. Может быть, обществу стоит озаботиться тем, чтобы способствовать заключению ранних браков, ведущих к ранним родам? Давайте посмотрим, что говорит об этом мировой опыт.

С численностью населения в Российской Федерации неважно. Максимума она достигла в начале девяностых, перевалив в 1991 году за 148 млн человек. Это был последний год естественного прироста – рекорд в 148 561 694 человека в 1993 году был достигнут за счет миграции. Ну а со второй половины девяностых пошло падение даже с учетом переселенцев – до минимума в 141 903 979 человека в 2009 году. Далее начали оказывать влияние программы поддержки рождаемости, вроде действующего с 2007 «материнского капитала», увеличился миграционный прирост, в статистике появились город Севастополь и Республика Крым, так что к этому году население вышло на уровень 146 804 972 человека.

Какую же итоговую картину мы имели в прошлом году – родилось в России 1 888 729 человек (на 51 850 человек меньше, чем за 2015); умерло 1 891 015 человек (на 17 526 человек меньше, чем за 2015); естественная убыль – 2 286 человека (в 2015 рождаемость обеспечивала прирост в 32 038 человека). Ситуацию изменил миграционный прирост, он составил 261 948 человека, и лишь благодаря ему население страны возросло. А еще естественный прирост крайне неравномерно распределен по территории страны – вот он внизу, зеленый. А там, где розовый и красный, там вовсе и не прирост, а естественная убыль…

Вот так коэффициент естественного прироста населения распределен по территории Российской Федерации.

То есть прирост населения России подавляющей частью происходит в России за счет миграции. Вот 2013 год, в который наблюдался первый естественный прирост населения с 1991 года, составивший 22700 человек. 

С учетом иммиграции, население выросло на 294500 человек, то есть естественный прирост составлял единицы процента. А в 2016 году миграция дала весь прирост населения.

Почему же так происходит? Давайте на этот раз ограничим рассмотрение только одним, хорошо известным демографам фактором – возрастом первых родов.

Вот наиболее культурно и экономически близкая нам Европа – где же там рожают позже всего? Оказывается, в Испании (где это происходит в среднем в возрасте 30,4 лет) и Италии (там – в 30,6 лет). В результате население этих стран переживает стабильную естественную убыль, Италия численностью, правда, растет, но только за счет того, что Апеннинский полуостров уж очень удобно вытянулся в сторону Африки. Да и изобильно светленьких продавщиц и официанток, которые сообщают радостно, что они из Москвы, но почему-то не «матерной московской скороговоркой» ((с) граф А. Н. Толстой), а наоборот, певуче-фрикативно... 

То есть повышение возраста первых родов приводит к неизбежному падению рождаемости. (Медицинские аспекты проблемы мы рассматривать не будем, ограничимся социальными…) Как же оно обстоит с этим у нас в стране? 

В России возраст рождения первого ребенка также неумолимо поднимается, достигнув в 2013 году 27,2 года (для сравнения, в 1980 году этот показатель составлял 23 года). Вот и все – в 1980 году страна имела естественный прирост под полпроцента, а с 1992 года – только за счет мигрантов…
 

И вот тут-то и возникает простейшая мысль о том, как радикально исправить демографическую ситуацию. А может, стоит побудить молодежь раньше вступать в брак и, следовательно, раньше начинать рожать? Чем моложе – тем лучше? Почему бы не сосредоточить внимание общества на этой проблеме – может, имеет смысл создать целые НКО, которые займутся пропагандой такого решения проблемы? Может, предпринимателям – которым нужны и будущие потребители, и грядущие работники – стоит не скупиться на пожертвования для таких НКО?

Оказывается, существуют исследования этой проблемы, выполненные неправительственной организацией The International Center for Research on Women (ICRW) из столицы США. Вот одно из них, посвященное проблеме ранних браков, причем выполненное при участии Всемирного Банка (ВБ). Его авторы изучили 25 стран, где не менее трети женщин выходят замуж до 18 лет, а 20% рожают первого ребенка до 18 лет. Казалось бы – это здорово! Обеспечивается демографический прирост без всяких миграций…

То, что возраст совсем низок по нашим меркам, смущать не должно – известны же традиционные представления о том, что в изученных жарких странах подростки раньше развиваются… Только вот что определили эксперты Всемирного Банка: ранние браки в развивающихся странах нанесут совокупный экономический ущерб в размере нескольких триллионов долларов к 2030 году. Нескольких триллионов – а ведь речь идет о странах с крайне низким ВВП на душу населения. Изучалась, скажем, Бурунди, с ее ВВП на душу населения в $646, и еще более бедная Уганда, с $638… Но и их жители – почти «состоятельные кроты» по сравнению с Демократической Республикой Конго, где на жителя приходится лишь $495 – а ведь это одна из самых богатых природными ресурсами стран, находящаяся в очень теплом климате… 

И вот ранние браки – они-то отгрызают триллионы от этих нищенских доходов. Как? А очень просто – вот бессмертное фон-Визинское «Не хочу учиться, хочу жениться»… Дело в образовании. Ранний брак ему не способствует – каждый дополнительный год школьного образования на 5% снижает в бедных и жарких странах число вышедших замуж до 18 лет и, соответственно, рождаемость в юном возрасте. Но повышает вероятность найти нормально (по меркам тех стран) оплачиваемую работу…

В России, Которую Мы Потеряли, тоже хватало любителей поиздеваться над женским образованием…

У нас процессы аналогичны, хотя требования к соискателям работы значительно выше. Российское общество традиционно было озабочено образованием прекрасного пола – накануне Первой мировой Российская империя имела 873 женских гимназии, приходящиеся на 441 мужскую. В 1940/41 учебном году доля женщин среди студентов ВУЗов составляла в СССР 58%. Сколько-нибудь пристойно оплачиваемую работу у нас не найти без приличного высшего образования или специального профессионального образования, на которое уходит не меньше времени и труда, чем на получение диплома.

То есть модели «раннего брака» в нашем обществе себя не оправдывают. Наблюдая их в течение более чем двадцати лет, автор может сказать, что в подавляющем большинстве случаев материальные трудности приводят такую семью к распаду. А время для получения декларативных знаний высшего образования или процедурных навыков хорошо оплачиваемого ремесла уже потеряно безвозвратно… А наша страна вернуться в архаичный быт натурального хозяйства не может – этот этап минул навсегда. И поэтому молодежь надо побуждать прежде всего к получению образования, востребованной профессии. Приличный ВВП решает любые проблемы, а ведь он складывается из зарплат миллионов людей… 

А вот реальной проблемой, на которой стоит сосредоточиться гражданам и их объединениям, является помощь современным нуклеарным семьям. «Большой семьи» антропологов, где под одной крышей ведет общее хозяйство много поколений, больше не будет. И неминуемый рост пенсионного возраста и снижение доходов пенсионеров лишат привычной помощи бабушек. Так что представляется необходимым рассказать в следующих статьях об опыте взаимопомощи семей с детьми, о формах ориентированного на эту задачу социального бизнеса, прижившихся в других странах.

Если вам понравилась статья - порекомендуйте ее своим друзьям, знакомым или коллегам, имеющим отношение к муниципальной или государственной службе. Нам кажется, что им это будет и полезно, и приятно.
При перепечатке материалов обязательна ссылка на первоисточник.