Люди живут все дольше, а население Земли неуклонно стареет. Признание этого факта неизбежно меняет наше отношение к смерти. Мы уже доросли до понимания, что смерть может быть спокойной и безболезненной, что ей не обязательно приходить «с мешком отвратительных инструментов», как говорил герой Шварца. Но для этого необходимы оборудованные хосписы – в гораздо большем количестве, чем есть сейчас, и нужен персонал – как профессионалы, так и добровольцы. Пожалуй, это одно из самых острых чаяний сегодняшнего дня.

В США паллиативную помощь* ежегодно получает около 1,7 млн человек, в Великобритании – около 200 тысяч. В России на сегодняшний день функционирует 10 тысяч государственных паллиативных коек; к 2020 году Минздрав планирует довести их количество до 14 тысяч.

В то же время привлечь и, главное, удержать в хосписе необходимое количество волонтеров – задача не из простых. «На смерть, как и на солнце, нельзя смотреть в упор», – эта цитата из Ларошфуко отражает суть проблемы: постоянный контакт с умирающими людьми не каждому под силу. Если даже опытные медики сталкиваются с синдромом выгорания, то что говорить о добровольцах, пришедших поработать в свой выходной? Человеческое желание держаться в стороне от запредельного опыта, особенно, если речь не касается помощи самым близким, кажется абсолютно естественным. Насколько это вообще этично – привлекать людей к безвозмездной работе с безнадежными больными?

Ответ на этот вопрос не так однозначен, как кажется.

Ирвин Ялом, главный психотерапевт современности, уверен – все наши попытки забыть о конечности существования ведут не к оптимизму, а к неврозу, тогда как принцип memento mori** делает жизнь более насыщенной и счастливой. Американцу Ялому вторят российские исследователи: старательное избегание темы смерти губительно для человеческой души. Чем больше мы защищаемся от острых данностей существования и чем грубее эти защиты, тем выше риск психической патологии (в первую очередь, тревожных расстройств). Отсюда следует парадоксальный вывод. Осознанное волонтерство в хосписах может принести немалую пользу самому волонтеру, научив его жить здесь и сейчас, быть активным, ценить маленькие радости, не откладывать жизнь на потом. Иными словами, опыт соприкосновения с таинством смерти может сделать добровольца более здоровым и психически зрелым. А для этого его работа в стенах хосписа должна быть организована максимально грамотно.

На новеньких

Хоспис – это не просто палаты с койками. Это еще и выездная помощь для пациентов, остающихся дома под присмотром близких, это служба, занимающаяся сбором средств, это фотографы, музыканты, парикмахеры, курьеры... Каждый хоспис для своего полноценного функционирования нуждается в притоке самых разных специалистов, и это значит, что непосредственный контакт с умирающими – то, что отпугивает потенциальных добровольцев – далеко не единственный вариант занятости.

Джен Шанг, специалист по психологии филантропии из США, утверждает, что первым шагом для привлечения волонтеров должно стать максимально точно описание запроса. Например, «нужен оператор для видеосъемки концерта», «требуется помощник садовника», «ищем приходящую няню для внучки нашего пациента». Подобные формулировки снижают беспокойство и переводят фокус внимания со специфики паллиатива на конкретные, рутинные дела. По большому счету, человек может работать в хосписе месяцы и годы, не сталкиваясь с конечными благополучателями, и приносить немалую пользу.

По свидетельству персонала, потребность в лишних руках особенно актуальна в будние дни. Дело в том, что основная часть добровольцев – это либо студенты-медики, либо люди 25-40 лет с высокой занятостью, которые могут выкроить часы на благотворительность только по выходным. Решением этой задачи могло бы стать привлечение к волонтерству пенсионеров, располагающими достаточным количеством свободного времени, а также необходимой зрелостью и жизненным опытом.

Но очевидно, что с этой группой людей требуется отдельная работа по преодолению суеверных страхов. Здесь нужны не только просветительские статьи на сайтах самих хосписов и НКО, но и предварительные встречи с участием психолога, который сформировал бы нужную мотивацию, разъяснив, что, помогая другим уйти без боли и отчаяния, мы одновременно снижаем тревогу и по поводу собственного будущего.

Без суеты

Как отмечают специалисты, лишь один из пяти добровольцев оказывается готовым для постоянного сотрудничества с хосписом. Кто-то уходит сам, а кто-то не проходит собеседование, и ему рекомендуют попробовать себя на другом волонтерском поприще. Подобная бдительность на входе вовсе не чрезмерна – ведь благополучатели слишком уязвимы ко всему, что происходит вокруг, и нуждаются в особой деликатности и заботе.

Предоставить же ее могут только люди определенного склада личности – эмоционально устойчивые, тактичные, способные к эмпатии. Именно по этим причинам сразу отсеиваются те, кто демонстрирует истерические и инфантильные черты, хочет реализовать миссию спасителя или решить собственные психологические проблемы. С волонтерством в хосписах советуют повременить и в том случае, если человек потерял кого-то из близких менее года назад – слишком велика вероятность повторной психотравмы.

Практика показывает, что существует три основных условия, позволяющие сохранить добровольца в штате. Во-первых, это постепенность вовлечения. Принцип «тише едешь – дальше будешь» должен применяться в хосписе к каждому новому сотруднику, поскольку он является чем-то вроде необходимого испытательного срока. Поначалу работа может быть самой простой – кормить обитателей живого уголка или ухаживать за цветами, и лишь со временем, если у волонтера формируется внутренняя готовность, он переходит к общению с пациентами.

Второе условие – это наличие куратора, который присматривает за подчиненным, уточняет критерии хорошо выполненной работы, решает спорные вопросы, а также отслеживает его эмоциональное состояние на предмет выгорания. Именно куратор может предложить волонтеру в профилактических целях временно сменить род занятий или взять паузу. Наконец, третье условие – это поддержка штатного психолога. Она особенно необходима тем, кто напрямую работает с пациентами и может выражаться в формате общих встреч раз в две недели, в ходе которых волонтеры получат возможность обсудить свой самый трудный опыт.

На охране границ

«Мне было трудно отказать умирающему человеку, и потому я приняла от него небольшой подарок», – делится одна из участниц исследования, проведенного в США среди волонтеров хосписа. «Я оставил подопечному свой номер телефона, чтобы он звонил мне в любое время» – рассказывает другой респондент (Claxton-Oldfield, S., Gibbon, L., & Schmidt-Chamberlain, K. (2011). American Journal of Hospice & Palliative Medicine, 28 (6)). Данное исследование выявило, что вопрос границ допустимого в сфере паллиативной помощи является одним из самых острых и потому требующих особого внимания. Если он не будет заранее решен, пострадать могут обе стороны – как пациенты, так и волонтеры. Но что в него входит?

В первую очередь, это незыблемость изначальных договоренностей. Если доброволец согласился привозить продукты в рамках выездной хосписной службы, он не может привлекаться для ухода за самим пациентом. Если человек взялся чистить аквариумы, это не значит, что медсестра может позвать его, чтобы перенести больного в душевую. Нарушение этого правила с большой вероятностью приведет к тому, что волонтер утратит чувство своей значимости и захочет уйти.

Далее, это обязательная компенсация всех внеплановых затрат. К примеру, если в хосписе работает волонтер-курьер, то оплату бензина, если этого не было оговорено отдельно, должен брать на себя сам хоспис. То же касается любых других расходных материалов – памперсов, фотобумаги, украшений к праздникам, которые могут потребоваться в рамках волонтерства pro bono. Иными словами, кураторам волонтерских служб предстоит внимательно следить, чтобы помощь оказывалась только в оговоренном объеме, без случайных злоупотреблений.

Еще один пункт касается графика работы. Сама атмосфера хосписа, тяжелое состояние пациентов, реакции родственников – все это может приводить к тому, что волонтеры будут чувствовать себя вынужденными задерживаться на своем посту, а потом страдать от выгорания. Чтобы этого не происходило, стоит ввести общее правило – никакой сверхурочной работы.

Наконец, важную роль в поддержании границ играют внутренние этические кодексы. В идеале, подобный документ должен давать ответы на все основные вопросы, которые возникают у новых сотрудников, и четко обрисовывать рамки их полномочий. Принцип конфиденциальности (никаких фото без согласия пациентов, неразглашение их личных историй), безусловное уважение к религиозным и философским взглядам обитателей хосписа, необходимость выполнять данные им обещания и в неоднозначных ситуациях советоваться с куратором – все эти правила избавляют волонтеров от неопределенности, намечают здоровые ориентиры и, в конечном счете, становятся теми фильтрами, сквозь которые можно долго смотреть на солнце, не сгорая самому.


*паллиативная помощь – это система мероприятий, позволяющая улучшить качество жизни неизлечимых больных.

** memento mori (лат.) – «помни о смерти»: крылатая фраза, пришедшая к нам из Древнего Рима.

Если вам понравилась статья - порекомендуйте ее своим друзьям, знакомым или коллегам, имеющим отношение к муниципальной или государственной службе. Нам кажется, что им это будет и полезно, и приятно.
При перепечатке материалов обязательна ссылка на первоисточник.