В Свердловской области расследуется знаковое уголовное дело – крестьянина Ивана Черемных обвинили в незаконном предпринимательстве и уклонении от налогов. Преследование Черемных вызвало межведомственный конфликт: против ФНС РФ выступили региональное министерство АПК и продовольствия и местные депутаты. Это дело наглядно демонстрирует, насколько сложен процесс вывода экономики из тени.

Мясо от педагога

Отец и сын Федор и Иван Черемных, проживающие в селе Никольское Свердловской области, в прошлом были педагогами. В нулевых годах они начали выращивать скот в своем личном подсобном хозяйстве. Иван как физлицо участвовал в тендерах и продавал мясо школам и детским садам. Платежи перечислялись на его счет в Сбербанке. Этим он отличался от большинства соседей, которые сбывали плоды своего крестьянского труда на рынке за наличные деньги.

В 2014 году Черемных решили расширить хозяйство – они купили помещения для содержания скота у разорившегося фермера. После этого Иван зарегистрировал крестьянско-фермерское хозяйство. Казалось бы, похвальный шаг, нежелание функционировать в теневом секторе. Однако сразу после этого у семьи Черемных начались проблемы.

Особо крупный, особо опасный 

На новую ферму явились с проверкой инспекторы межрайонной ИФНС № 19. Они пришли к выводу, что Черемных легализовался слишком поздно. Якобы он уже в течение нескольких лет был обязан отчитываться по форме 3-НДФЛ. Подсчитав доход Черемных за эти годы вкупе с накопившимися штрафами и пенями, инспекторы обязали его уплатить более полутора миллионов рублей.

Черемных оспорил это решение в арбитраже. Суд не признал его полностью невиновным, однако с учетом неумышленного характера нарушения снизил сумму претензий до 25 тысяч рублей. ИФНС вернула фермеру деньги, снятые со счета.

Однако на этом неприятности не завершились. На ферму пришли с проверкой сотрудники ОБЭП и возбудили уголовное дело по ст. 171 УК РФ («незаконное предпринимательство»). Стоит отметить, что эта статья может использоваться лишь в том случае, если нелегальный бизнесмен причинил крупный ущерб гражданам, государству или организациям, либо получил доход в особо крупном размере. В случае Черемных ОБЭП ориентировался на второй критерий. По версии следствия, незаконный доход семьи за несколько лет составил 15,3 миллиона рублей. Тот факт, что большая часть этой суммы тратилась на функционирование хозяйства, учтен не был. 

Сам пришел

Отметим, что Черемных стал для ФНС и ОБЭП легкой добычей. Причина этого – его нежелание скрываться от государства. Любого из его соседей трудно уличить в незаконном предпринимательстве – как узнать, сколько мяса или картошки крестьянин продал на рынке без чеков и отчетности?

Черемных же заключал официальные контракты со школами и детсадами, контактировал с местными властями и управлением образования, пользовался счетом в Сбербанке. Все доказательства его деятельности и размер дохода были налицо.

Безусловно, ФНС и ОБЭП подали другим крестьянам однозначный сигнал – «хочешь жить спокойно – не высовывайся из тени».

Защитники

У Черемных нашлось множество заступников. В СМИ начали выходить материалы, в которых использовалось слово «раскулачивание». Министр АПК и продовольствия Свердловской области Михаил Копытов заявил: «Граждане собираются семьями, выращивают картошку. В результате 67 процентов картофеля в Свердловской области производит население, задействованное в ЛПХ. Обвинительный приговор по этому делу станет не очень хорошим прецедентом для нашей экономики».

Ему вторила председатель комитета по аграрной политике свердловского Заксобрания Елена Трескова: «Если в суде будет решаться вопрос не в пользу этого предпринимателя, это будет нехороший прецедент. В любом случае мы будем думать, как защищать наших крестьян, ЛПХшников. Мы всегда будем стоять на их стороне». А депутат Заксобрания Вячеслав Вегнер назвал преследование Черемных «правовым беспределом».

ФНС не дружит с недобросовестными

Другая сторона комментирует ситуацию сухо и формально. МВД РФ в ответ на запрос прислало журналистам сухой пресс-релиз о причинах возбуждения уголовного дела. Прокуратура отказалась комментировать ситуацию до того, как суд вынесет свое решение.

Заместитель руководителя УФНС России по Свердловской области Ольга Голендухина заявила: «Федеральная налоговая служба ориентирует нас на снижение уровня налогового контроля, но лишь в отношении добросовестного бизнеса, то есть сегодня выездной налоговый контроль затрагивает только налогоплательщиков, осуществляющих свою деятельность с высоким налоговым риском. При этом налогоплательщики могут сами оценить эти риски. Налоговые органы Свердловской области нацелены на выстраивание конструктивного и профессионального диалога с бизнес-сообществом, основанного на доверии к добросовестным налогоплательщикам».

Что такое ЛПХ?

Личное подсобное хозяйство отличается от фермы по двум критериям: во-первых, там нет наемных работников, во-вторых, размер земельного участка не превышает 0,5-2,5 гектара (точная цифра утверждается региональными властями, и в Свердловской области это 2,5 гектара). Хозяйство Черемных до покупки новых корпусов и официальной регистрации соответствовало обоим критериям.

Продавать свою продукцию владельцы ЛПХ могут свободно. Их даже активно стимулируют к этому – на развитие ЛПХ выдаются субсидии, среди хозяйств проводятся конкурсы.
По понятным причинам большинство владельцев ЛПХ не спешат регистрироваться в качестве фермеров, и вообще стараются меньше взаимодействовать с государством. Так, многие из них пытались занижать поголовье скота и птицы во время недавней сельскохозяйственной переписи.

Однако теперь оказалось, что и это не спасает их от внимания ФНС – ведь и физические лица должны платить налоги.

В тени уютнее

Этот случай наглядно демонстрирует, как сложен процесс вывода экономики из тени. Как мы отмечали ранее, в вопросах ликвидации «гаражной экономики» государство использует только «пряники», почти не заговаривая о «кнуте». Однако мало кого привлекает отдаленная перспектива пенсии и разовые субсидии. И вот УФНС Свердловской области попыталось использовать «кнут»… Вышло ли из этого что-нибудь хорошее? Вряд ли можно так сказать.



Местным властям выгоднее знать, что в их районе действует десяток успешных ЛПХ. Если два из этих ЛПХ зарегистрируются как фермы, а остальные откажутся от работы из-за чрезмерного давления – местные чиновники ничего не выиграют. А налоги от двух ферм будут уходить в региональный и федеральный бюджеты. И даже регионалы, как показывает ситуация Черемных, в общем и целом предпочитают принцип «если оно работает – значит, лучше не трогай».

Абсолютное большинство людей, работающих в теневой экономике, попали туда не от хорошей жизни. И космическими богачами их трудно назвать. Так, ежемесячный доход семьи Черемных, по словам представляющего их интересы адвоката, составлял около 43 тысяч рублей. Давление на таких людей ни у кого не вызывает положительных эмоций.

Наконец, теневая экономика, хотя и не отчитывается о своих финансах, производит продукт и оказывает услуги. Платил или не платил Черемных налоги – а все же школы и детсады Свердловской области были обеспечены свежим мясом по невысокой цене. Самозанятые граждане ремонтируют машины, собирают мебель, готовят школьников к экзаменам, делают женщинам стрижки и маникюр. Очень трудно разрушить сложившийся порядок вещей, не снизив уровень жизни и не доставив множества неудобств как простым гражданам, так и местным властям.

Если вам понравилась статья - порекомендуйте ее своим друзьям, знакомым или коллегам, имеющим отношение к муниципальной или государственной службе. Нам кажется, что им это будет и полезно, и приятно.
При перепечатке материалов обязательна ссылка на первоисточник.