Рыболовство – одно из старейших занятий человечества. И сегодня промысловое рыболовство остается ценным источником продовольственных ресурсов, а рыбалка, рекреационное рыболовство – не только любимым занятием миллионов соотечественников, но и средством пополнения семейной потребительской корзины. И всему этому угрожает такое явление, как браконьерство – хищнический лов рыбы, сопровождающийся истреблением водных биоресурсов.


Проблема истребления водных биоресурсов – проблема общемировая. Еще в 2006 году авторитетнейший журнал Science опубликовал прогноз, в котором предсказывалась полная деградация промышленного рыболовства к 2048 году. Деградация – это падение вылова рыбы и морепродуктов до 10% от рекордного уровня, достигнутого в 2003 году. Причина очень простая, промысловые популяции выбираются ниже уровня, обусловливающего их естественное воспроизводство.

А первопричина – еще проще. Это триллион долларов, на который в 2007 году было выловлено водных биоресурсов на планете. 7,5 миллиардов населения планеты хотят есть, и это порождает платежеспособный спрос. А это приводит к стремлению рыбопромышленников брать из биоресурсов все больше и больше: наглядное свидетельство этого – постоянно меняющиеся сорта океанских рыб на прилавках магазинов. Но это – рыболовство промышленное. А есть ведь еще и индивидуальная рыбалка во вполне промышленных размерах. Известный популяризатор науки Елена Наймарк на сайте «Элементы» описывала ситуацию так:

«В России на Белом море для деревенских жителей, чье благосостояние весьма скромно, рыба является немаловажным источником пищи. Деревенские рыбаки самовольно ловят семгу и горбушу, на которые определены государственные квоты. Браконьерский вылов, по оценкам экспертов, может в полтора раза превышать централизованно регулируемую добычу для этих видов. То же самое относится к сельди и наваге – промысловым видам Беломорья. Поэтому для беломорских популяций нет надежных оценок численности популяций, а размеры уловов неуклонно снижаются. Еще хуже обстоят дела в традиционно рыбном регионе – на Дальнем Востоке. Там частный лов по меньшей мере удваивает разрешенные объемы добычи. Контролировать браконьерский лов в этих местах пока не удается.»

Однако в последнее время появляются новые организационные и технические способы борьбы с браконьерством, применение которых дает заметный результат. Давайте же посмотрим на них повнимательнее. Прежде всего, посмотрим на организационные меры государственного уровня. Это, прежде всего, привлечение Министерством природных ресурсов и экологии России с МВД России и Росгвардии для усиления борьбы с браконьерством. Это дает свои очень интересные плоды…

Такие привозные аэростаты применяла на Дону в ходе операции «Путина»…

Освоение человеком воздушного океана началось с аппаратов легче воздуха. И военное значение первым приобрел привязной шарльер – сохранявший его до Первой мировой, как это показывалось в известном фильме «Бумбараш». Вот такие аэростаты, наполненные легким газом, и используются Росгвардией на Дону в ходе начавшейся 1 апреля 2017 года операции «Путина». Бойца-наблюдателя, даже такого легкого как Бумбараш, теперь на воздушном шаре поднимать не нужно – с его ролью прекрасно справляются цветные видеокамеры высокого разрешения с цифровой обработкой сигнала, входящие в комплекс высотного наблюдения ОКО-1.

Висящий на высоте до 300 метров гелиевый – а значит пожаробезопасный! – аэростат обозревает местность в радиусе пяти километров. У него есть и режим ночного видения той же дальности. Ресурс автономности – десять суток. Так что за время операции «Путина» сотрудники регионального управления МВД России изъяли у браконьеров и нелегальных торговцев рыбой около 24 тонн раков и рыбы, в том числе занесенной в Красную книгу; конфисковали 10 километров сетей и 60 незаконных орудий лова; возбудили 250 уголовных дел по статьям УК РФ - "Незаконная добыча биоресурсов" и "Производство, хранение и сбыт продукции, не отвечающей требованиям безопасности".

В Нижегородской области ситуацию на реках контролируют с помощью беспилотных летательных аппаратов авиационного отряда спецназначения Росгвардии (они входят в Центры специального назначения сил оперативного реагирования и авиации ВНГ России) – всем известных дронов. Ресурс автономности у дронов много меньше, но гибкость выше, чем у аэростата – это дает возможность обозреть свысока речные закоулки и найти браконьера с его орудиями незаконного промысла. В Нижнем сотрудники Росгвардии с начала операции 15 апреля спасли более 8 тыс. рыб, изъяли более 3 тыс. запрещенных орудий ловли, в том числе более 250 км сетей.

К разведке, к выявлению места незаконного промысла, дроны привлекаются и на Сахалине. Дело в том, что к вертолетам Росгвардии браконьеры успели привыкнуть и приспособиться, их группы выходят в верховья рек в труднодоступные и удаленные районы и там ведут незаконный промысел. Из-за густой растительности летом с вертолета даже на небольшой высоте не всегда можно их выявить. А дрон может идти на предельно низкой высоте – нормы безопасности для беспилотников совсем другие, чем для пилотируемых машин. Вертолет же с бойцами вылетит только на задержание…

Но это все – техника. Хоть и новая, но используемая в рамках государственных, хоть и реформированных структур. И ужесточение наказания за браконьерство – это тоже привычная государственная логика. А вот на Дальнем Востоке начинает реализовываться другая, принципиально новая логика борьбы с браконьерством. Логика, обращающаяся к самым глубинным механизмам возникновения браконьерства. Каковы же они?

Почему сокращается популяция промысловых рыб? Да потому, что их вылавливают в слишком больших количествах. Наука давно умеет рассчитывать те пределы лова, оставаясь в которых рыбопромышленники могут получать максимальную прибыль при сохранении популяции. Потом эти объемы тем или иным способом (аукционы и т.п.) делятся в виде квот между легальными участниками рынка. Обратим внимание – квоты определены из расчета максимизации легальной прибыли, экстремальная задача.

Но на рынке-то есть и нелегальные участники, в просторечии – браконьеры. Их задача – максимизация прибыли, то есть вылова. То есть легальные промысловики берут максимум того, что можно взять без подрыва репродуктивного потенциала популяции. А браконьеры – сверх этого, что приводит к последствиям, которые специалисты по рыбохозяйству Дальнего Востока и Камчатки называют катастрофическими. Браконьерский вылов популяцию рыб истребляет…


Что с этим можно сделать – ведь представителей контролирующих органов явно недостаточно, чтобы эффективно контролировать реки Камчатки… Учесть при определении квот браконьерский вылов – не выход: подорвать рентабельность тех, кто платит за квоты, в пользу преступников… И вот интересный выход нашли на Камчатке. ТАСС приводит слова министра рыбного хозяйства Камчатского края Владимира Галицына: «В этом году наши рыбопромышленники продолжат охрану рек, где они осуществляют промысел и планируют его осуществлять еще минимум ближайшие 10 лет».

То есть к охране рыборесурсов привлечены именно те, кто в сохранности этих ресурсов в максимальной степени заинтересован – легальные рыбопромышленники. Те, кто законным путем получил квоты, заплатив за них, будет в максимальной степени заинтересован в том, чтобы вся рыба, которую можно добыть без подрыва численности популяции, досталась им. А браконьерам не досталось ничего… Тут люди защищают свои деньги – а когда люди защищают свое, они бываю поразительно активны и находчивы…

Так что с примером Камчатки стоит познакомиться и другим регионам. Даже тем, где промысел минимален. Браконьеры же подрывают и рекреационную рыбалку. А это и потерянные доходы от «рыболовного туризма» – он же не только нанятый катер, но и кемпинги в низовьях Волги; это и потерянные доходы магазинов рыболовных снастей – по их многочисленности кажется, что это единственный бизнес, не пострадавший от кризиса. Это потеря шансов на развитие тех территорий, которые могли бы развивать рекреационный бизнес. И вообще, сохранение родной природы – дело общее!

Если вам понравилась статья - порекомендуйте ее своим друзьям, знакомым или коллегам, имеющим отношение к муниципальной или государственной службе. Нам кажется, что им это будет и полезно, и приятно.
При перепечатке материалов обязательна ссылка на первоисточник.