Замок, строившийся с XII по XVI века, был разрушен в один год во время Первой мировой войны.

В апреле стало известно, что Министерство культуры планирует допустить общественные организации и волонтёров к бесхозным — формально относящимся к Росимуществу — памятникам. Это значит, что здания, которые пребывают в упадке, получают второй шанс на восстановление — силами добровольцев. Основатель фестиваля восстановления исторической среды «Том Сойер Фест» Андрей Кочетков поехал во Францию, чтобы узнать, как привлекать на руины замка XII века молодых и сильных, сколько объектов можно восстановить за год и как сделать процесс реставрации интересным.

Rempart — французский союз из 170 ассоциаций, сохраняющих культурное наследие с помощью волонтёров. Он контролирует качество реставрации, а также уровень гостеприимства, который оказывают добровольцам на площадках. Свою деятельность Rempart начал в 1966 году. За прошедшие полвека союзу удалось привлечь к реставрации наследия более 20 тысяч волонтёров как из Франции, так и других стран — Израиля, Испании, Марокко, Китая и Великобритании. Кроме того, под эгидой Rempart работы ведутся и в других государствах — от Китая до Марокко и от Швеции до Палестины. В 2016 году Rempart подписал договор о сотрудничестве с российской организацией ВООПИиК (Всероссийским обществом охраны памятников истории и культуры), по которому в этом году начался обмен волонтёрами между Россией и Францией.

Воркшоп плотников начинается с азов — превращения дубового бревна в балку.

Под патронажем Rempart одновременно восстанавливаются сотни разных объектов: церкви, замки, жилые дома, мельницы и многие другие, имеющие культурную ценность. Большая часть участников работ — волонтёры. В результате реставрации исторические постройки зачастую наделяются новыми современными функциями и получают вторую жизнь благодаря мероприятиям — от музыкальных фестивалей до слётов реконструкторов.

Далее — рассказ Андрея Кочеткова.


Руинированная Франция

Берзи-Ле-Сек — маленькая коммуна в шести километрах от некогда могущественного центра Римской Галлии, а теперь милого и сонного центра исторической области Пикардия города Суасон. Всего один час на поезде в сторону Бельгии от Парижа — и попадаешь в совсем другой мир, очень не похожий на один из главных мировых мегаполисов. В Берзи сейчас проживают около 400 человек, нет даже своего магазина, зато есть романская церковь с фресками XII века и замок того же времени. Именно ради них я отправился в это тихое место в сезон цветения яблонь и каштанов.

В конце Первой мировой древний замок был обстрелян и практически полностью разрушен, а затем три четверти века пребывал в таком состоянии. Местный мальчишка Бруно Лестра играл на руинах замка в футбол. Он вырос, уехал из Берзи, устроился на работу, никак не связанную с реставрацией и наследием, но в 1998 году вернулся в родную коммуну уже в новом качестве — основателя ассоциации Aspam, которая вошла в союз Rempart. Именно Aspam начала реставрировать замок с помощью волонтёров.

После вопроса, где Бруно берёт не только волонтёрские силы, но и деньги на проведение масштабных работ, он направляет взгляд к небу, складывает руки у груди будто в молитве и говорит: «Пода-а-айте для Берзи». На самом деле средства на реставрацию он достаёт благодаря грантам, пожертвованиям частных лиц и коммерческих структур, а также бюджету муниципалитета. Если бы Бруно не создал Aspam и не начал искать средства на существование своей ассоциации, замок, скорее всего, и дальше так и оставался бы руинами.

Крышу капеллы волонтёры восстанавливали в течение нескольких лет.

Кто готов бесплатно восстанавливать наследие

В разное время в замке работают от 20 до 80 волонтёров и около десяти профессионалов. В многолюдные смены волонтёры живут в палатках прямо во дворе замка и в разного рода помещениях в самом замке и его окрестностях. Наша апрельская смена была не самой оживлённой, поэтому добровольцев размещали в некоем подобии хостела, находящемся прямо в мэрии Берзи, и в местной школе в пятидесяти метрах от крепостных стен.

Волонтёры — разношёрстная интернациональная команда. Младшему — 18 лет, старшие — пенсионеры. Кроме французов, здесь работала группа израильтян, англичанки и мы — четверо россиян. На полдня или на день приехать и поучаствовать в реставрации замка в Берзи может любой желающий бесплатно. Но большинство волонтёров приезжают на тематические воркшопы, платя взносы (обычно от 100 до 200 евро). Стандартно такой курс идёт неделю, и на нём можно получить основные навыки по какому-то конкретному ремеслу. В 2017 году Aspam учит на своей площадке плотницкому и столярному делу, обработке камня (по-французски участники этого воркшопа называют себя привычным русскому уху словом «масоны»), работе с керамикой (здесь делают черепицу и плитку), а также традиционным технологиям изготовления витражей. Летом к этому списку должно добавиться кузнечное дело, археология и даже средневековая каллиграфия.

Для России, где участие волонтёра в работах хотя бы в течение нескольких часов уже является достижением, пока кажется странным, что люди сами готовы платить за участие в реставрации. Но после пребывания в Берзи становится понятно, что в этом нет ничего удивительного. Некоторые приезжают сюда на воркшопы, чтобы получить профессиональные навыки, но большинство прибывает в Берзи за новыми впечатлениями, знакомствами, общением и чувством самоудовлетворения от участия в важном и полезном деле. Мало что сравнится с ощущением, что новые стропила крыши ренессансной капеллы выполнены твоими же руками. Такой социально ответственный туризм для Франции является, судя по разговорам с участниками, нормальным сценарием отдыха: отправиться на музыкальный оупен-эйр, а затем заехать на недельку что-нибудь пореставрировать. Израильтяне же и вовсе приезжают в Берзи организованными турами, чтобы провести отпуск в необычной атмосфере.

Камень для реставрации берётся из тех же штолен, где его брали в средние века для строительства замка.

Многие волонтёры приезжают в Берзи ежегодно, а часть из них ездит по разным объектам, которые восстанавливают члены Rempart в разных уголках Франции. Благо таких мест больше сотни. Самые упорные получают дополнительное образование под эгидой Rempart и сами становятся руководителями воркшопов, занимаясь реставрацией уже на профессиональной основе. Система за более чем полвека настроена практически идеально, и ассоциации готовы одновременно принять, занять и увлечь тысячи волонтёров. Накопленный опыт педантично документируется и издаётся в виде книг и методичек, которые можно купить на восстанавливаемых объектах наряду с фирменными майками и толстовками с символикой ассоциаций реставраторов-волонтёров.


Чем занимаются добровольцы

Специализацию своего воркшопа я выбирал, исходя из задач «Том Сойер Феста», на котором мы с волонтёрами работаем с деревянными зданиями. Я пошёл в плотники, или «шарпантье» по-французски. Воркшопы построены таким образом, чтобы каждый участник получил полное представление обо всём технологическом процессе. Наш, плотницкий, начался с превращения дубовых брёвен в балки аутентичными средневековыми технологиями. А затем продолжился строительством стропил для крыши капеллы при замке. Возводить стропила начали несколько лет назад, но к концу именно нашей смены они были практически готовы. Вслед за нами уже можно было укладывать на них черепицу, которую параллельно делали на своём воркшопе керамисты.

Хотя реставраторы придерживаются традиционных технологий, иногда для скорости в ход идёт электроинструмент.

Руководитель нашего воркшопа Франсуа Бо из Бретани, как оказалось, в школе учил русский и дважды бывал в России. А жена его лучшего друга родом из Челябинска, где Франсуа провёл новогодние каникулы. Челябинский опыт француза стал лейтмотивом множества шуток между российской частью волонтёров и предводителем плотников в течение всей недели, проведённой в замке. Каждый из руководителей воркшопов не только профессионал в своём деле, но и харизматичный лидер: они создают на площадке особую атмосферу, в которой соседствует серьёзный реставраторский труд и карнавал. А чтобы и то, и другое стало делом командным, необходим общий язык. Хотя девять из десяти человек (кроме меня), несмотря на интернациональный состав, были способны изъясняться по-французски, большую часть времени все при мне говорили на английском.

Рабочий день в Берзи длился до обеда с 09:00 до 12:30 и после него с 14:00 до 18:00 с перерывом на кофе и перекус. В 19:00 ежедневно участники воркшопов собирались во дворе замка, обменивались впечатлениями о сделанном за день, пили пиво и лимонады. Затем все отправлялись на ужин. После него могло, например, последовать хоровое пение песен бретонских рыбаков. Работы на каждом объекте обычно ведутся в течение нескольких месяцев в году с небольшими перерывами.

Еду в Берзи волонтёры готовят поочерёдно. Учитывая не самую тривиальную задачу прокормить 30–40 голодных после работы на свежем воздухе ртов, при необходимости к волонтёрам на помощь приходят профессионалы. Российская часть команды произвела впечатление тушёной картошкой и салатом из моркови с чесноком. А израильтяне приготовили, кажется, полный спектр блюд из разных уголков мира — от хумуса до печёной курицы.

За неделю можно освоить азы такой сложной технологии как резьба по камню.

На мой взгляд, французский опыт показывает, что волонтёрские работы на памятниках — это вполне разумное решение, в России уже пора массово вовлекать профессионалов-реставраторов в совместную работу с волонтёрами. Хотя бы потому, что тысячи разрушающихся или заброшенных объектов культурного наследия по всей стране могут никогда не дождаться бюджетных или спонсорских денег. При этом уровень российских реставрационных школ (например, опыт работы в Кижах) является нашей гордостью и хорошо известен даже во Франции.

Недельное пребывание в Берзи-Ле-Сек показало также, что из среды волонтёров могут вырасти новые специалисты в реставрационной сфере, сформируется новый уровень ответственности общества за судьбу культурного наследия. Ведь люди, вложившие свой труд и получившие положительные эмоции при восстановлении памятников, будут совершенно по-иному относиться к ним в дальнейшем.

Если вам понравилась статья - порекомендуйте ее своим друзьям, знакомым или коллегам, имеющим отношение к муниципальной или государственной службе. Нам кажется, что им это будет и полезно, и приятно.
При перепечатке материалов обязательна ссылка на первоисточник.